Диалог 1 о русской мысли

Вопрос:

Почему нет изданий и переводов на русский язык книг и эссе Emilio Garroni (Эмилио Гаррони) и Manfredo Tafuri (Манфредо Тафури)? В чем проблема, что препятствует переводам и изданиям на русский этих авторов?

Ответ:

Отсутствие переводов и изданий работ Эмилио Гаррони и Манфредо Тафури на русский язык — это комплексная проблема, характерная для многих крупных, но не «модных» западных мыслителей XX века. Она обусловлена несколькими взаимосвязанными факторами: историческими, академическими, коммерческими и лингвистическими.

Исторический разрыв

Это ключевой фактор. Интеллектуальный диалог между советской/российской и западной философией был практически полностью прерван в советский период по идеологическим причинам.

1. Идеологическая фильтрация. Переводились и изучались преимущественно авторы-марксисты (например, представители Франкфуртской школы) или те, кого можно было вписать в рамки марксистской критики капитализма. Работы же, находящиеся на стыке философии, эстетики и архитектуры, как у Тафури, часто оставались за бортом, так как не укладывались в прокрустово ложе официальной доктрины.
2. Закрытость советского искусствознания. Советская теория искусства развивалась во многом изолированно. Такие направления, как структурализм, постструктурализм, семиотика (в её нетривиальных формах), герменевтика, получили распространение в России с огромным опозданием, в основном уже в 1990-е годы. К этому моменту западный интеллектуальный ландшафт снова изменился, и многие авторы из 60–70-х годов оказались «неактуальны».

Академическая инерция и специфика дисциплин

Оба автора представляют собой сложный междисциплинарный феномен, что затрудняет их включение в стандартные университетские программы.

• Для Тафури: Он является архитектурным историком и теоретиком, чья методология глубоко укоренена в марксизме, психоанализе (лакановского толка) и итальянской интеллектуальной традиции (Кроче, Грамши). В российских вузах историю архитектуры и теорию архитектуры часто преподают отдельно от общей истории философии и культурологии. Найти кафедру или специалиста, который мог бы взять на себя перевод и комментирование такого сложного текста, крайне трудно. Его главная работа «Архитектура и утопия» — это не просто история стилей, а сложная философская критика проекта модерна.
• Для Гаррони: Он философ, эстетик и теоретик семиотики. Его работы требуют читателя, одинаково хорошо владеющего кантовской философией, современной лингвистикой и эстетикой. Это очень узкая аудитория. Для полноценного издания его книг потребовались бы обширные комментарии, объясняющие контекст итальянской семиотической школы (У. Эко, Л. Гольдманн) и её отличия от французской (Барт, Кристева).

Коммерческая нерентабельность

Издательства — это коммерческие предприятия. Решение о переводе книги принимается на основе оценки потенциального спроса.

• Узкая специализация. Книги Тафури и Гаррони — это не популярная философия для широкого круга читателей (как, например, тексты Харари или Пинкера). Это специализированная научная литература.
• Высокая стоимость производства. Качественный перевод таких текстов требует найма высококвалифицированных переводчиков-философов. Кроме того, для продажи книги необходима вступительная статья и комментарии авторитетного ученого, что также увеличивает затраты.
• Низкий прогноз продаж. Издательство понимает, что тираж в 1000–2000 экземпляров будет продаваться годами, что делает проект финансово непривлекательным по сравнению с изданием бестселлеров или более известных авторов.

Отсутствие «интеллектуальной моды»

В мире существует мода на определённых мыслителей. Например, после выхода фильма «Матрица» вырос интерес к Бодрийяру. В последние десятилетия в России наблюдается огромный интерес к французскому постструктурализму (Фуко, Делёз, Деррида) и немецкой критической теории. Итальянская мысль XX века, за исключением Антонио Грамши и Джорджо Агамбена, остаётся в тени. Ни Тафури, ни Гаррони не стали объектами такой глобальной популяризации, которая могла бы создать спрос на их русские переводы.

Таким образом, отсутствие русских изданий этих авторов — это результат сочетания исторической изоляции отечественной гуманитарной науки, высокой сложности и междисциплинарности их текстов, отсутствия широкой читательской аудитории и, как следствие, коммерческой нецелесообразности для издательств. Для появления переводов необходим либо энтузиазм отдельных исследователей, готовых работать без финансовой поддержки, либо возникновение нового исследовательского тренда, который сделает идеи этих мыслителей вновь востребованными.