Патриарх дает добро

Выступление Святейшего Патриарха Кирилла на церемонии вручения Святейшему Патриарху Сербскому Порфирию диплома почетного доктора Московской духовной академии, 25 апреля 2025 года

Идеология пришла на смену богословию. Все началось с эпохи Ренессанса. В философских системах XVIII и XIX века видим имплицитные сигналы, направленные на критику богословия. Затем и в Новое время развитие философии было направлено на разоружение Церкви, на опровержение богословия.
Но этот интеллектуальный наскок на Церковь, на богословие не сыграл решающей роли (в падении интереса к церкви и богословию). Энгельс дает не слишком убедительные аргументы против религии. Развитие атеизма не было связано с результатами философских дискуссий – весь атеизм вырастал из реальной жизни.
Почему марксизм связан с атеизмом? Да очень просто! Марксизм ставил перед собой конкретные задачи искоренения «неправильностей» в жизни общества. Вся философская мысль в марксизме была связана именно с темой социальных изменений, и, в общем, это уже была не вполне философия.
Что же действительно стало вызовом для религиозного сознания? Нет, не Маркс, не Энгельс. Сработали совсем другие факторы. Факторы социальные, связанные с несправедливостью человеческого общества, с разочарованием людей в том, что происходит в обществе. Революционные идеи действительно взбудоражили сознание людей, и определенная часть интеллигенции, а затем и рабочего класса, как мы знаем, вооружилась определенными идеологемами, которые помогали сформировать убеждения – не в философской, а в практической плоскости. Борьба за справедливость, борьба против эксплуатации – акцент сместился в социальную сферу, на политические перемены, на совершение революции. Социальные вопросы были в то время интересней для деятельных активных людей, чем жизнь церкви. Церковь отвергала борьбу за социальную справедливость, социальные реформаторы отвергали церковь. Она говорила только о небесном рае, они – только о земном. Так разверзлась пропасть, которая поглотила страну, такую, какой она была до 1917 года.
Сейчас философия перестала быть интересной людям. Кто сейчас читает Энгельса? Да никто! Хорошо это для нас или плохо? Плохо в том смысле, что если люди отказываются от серьезных интеллектуальных размышлений, это, конечно, снижает уровень их интеллектуальной подготовки. А хорошо в том смысле, что сегодня атеизм вообще не основывается ни на какой философии. Глубочайшее разочарование в историческом опыте нашей страны, в попытках построить справедливое коммунистическое общество, в попытках основать эту борьбу на определенном философском фундаменте – все это отвратило людей от всякой философии. И в социальных вопросах тоже все разочаровались. Остается потребление и хорошее времяпрепровождение.
Но ведь сама проблема философского осмысления веры не ушла! Священник не может не быть философом, тем, кто думает о важном, о главном, кто ставит перед собой вопросы. А разве мало у нас вопросов, связанных с религиозной жизнью нашего народа? Поэтому еще раз хочу сказать: каждый священник должен быть мыслителем в меру своих возможностей.

Для начала, например, попробовать ответить на такой вопрос:

Как после тысячелетия (без малого) существования православия в России в качестве государственной религии стало возможным такое?

Не ответ, но направление размышления на эту тему могло быть таким. Церковь слишком отстранилась от социальных вопросов. Она, конечно, не должна заглядывать в каждую зарплатную ведомость. Но какие-то базовые вещи, совпадающие с понятием народа о справедливости и правде, видимо должна озвучивать. Не бояться этим испортить отношения с властями и спонсорами каких-то проектов. Семнадцатый год показал, что все проекты превращаются в пыль если церковь воспринимается значительной частью народа как опора неправильно устроенного общества. Соблюдение глубокого нейтралитета в ситуации явно несправедливых отношений угнетателя и угнетаемого выглядит как поддержка угнетателя.

(Спорт, хоккей с мячом, Иркутск, клуб Суперлиги "Байкал-Энергия" – второй по посещаемости клуб страны, занял пятое место в регулярке. Спонсор, энергохолдинг Эн+ после окончания сезона неожиданно объявляет о прекращении финансирования клуба. Клуб уходит из Суперлиги, игроки разъезжаются.
Пять тысяч болельщиков – за клуб, три менеджера бизнес-структуры – против. Мнение пяти тысяч не значит ничего по сравнению с мнением трех. Потому что распоряжаются прибылью, полученной из природных богатств региона, не пять тысяч местных жителей, а трое владельцев глобальной компании, скорее всего живущих не в регионе.
Это пример власти глобальных корпораций, главной целью которых является извлечение прибыли и самообогащение менеджмента.)

Церковь знает о том, как устроено современное общество? Хочет об этом знать? До 1917 года не знала и не хотела знать. Результат налицо.