С чистого листа

Что Вам сказать про наш летний сезон? У Вас, в Васильевском, конечно, люднее, чем в Москве, в известном смысле. Все разъехались, и мы никого не видим, и в купеческой кунцевской среде чувствуем себя как в пустыне. Никакие теории и доктрины не могут пока победить разрозненность бытовую. Впрочем, наше дело сделано: мы в своей жизни содействовали, насколько могли, уничтожению легальной, юридической розни, остальное – дело времени. И в недалеком будущем должна оказаться, во внутреннем, нравственном составе общества немалая перемена. Громадный общественный слой быстро-быстро преобразуется. Просвещение или, пожалуй, только образование, цивилизация, европеизм врывается в эту среду могучими волнами, и Россия в скором времени изменит свой вид. Эта “почва невежества” была в то же время оплотом консервативным, не в пошлом смысле, а в смысле хранительницы народного духа, исторических и религиозных преданий, бессознательной органической силы. Теперь же образованные купцы – люди в полном смысле новые; даже не parvenus <выскочки>, которые сознательно и малодушно отрекаются от оставленного ими быта, – нет, у них не происходит в душе даже процесса отречения, даже выбора, – точно цыплята вылупляются из яичной оболочки. Старина для них не существует, исторического груза не слышат; с церковью разрывают легко и даже не лицемерят. А влияние этого класса на народ несравненно сильнее нашего, “господского” или дворянского.
Я не делаю никаких выводов, я только заявляю факты и утверждаю, что Россия должна в очень скором времени изменить свой вид. Я, впрочем, не пугаюсь и не думаю, чтобы Россия в конце-концов так-таки и оказалась каким-то историческим недоноском. Я верю, во-первых, в ее могучий желудок, который способен переварить всякую дрянь и исполнить свои прочие надлежащие отправления; во-вторых, полагаю, что всему настоящему необходимо было совершиться даже для полной эмансипации нашего народного духа, которая обретется только процессом самосознания: таков удел всех славянских племен – утратить так или иначе видимое, внешнее бытие своей народности и обрести ее вновь в сознании. Причина лежит в самых свойствах нашего народного духа – его всесторонности, широты: необходимо самоопределение. Я думаю, что когда пройдут Lehrjahre <годы учения>, года ученичества и подмастерьства, мы освободимся естественно и свободно от подобострастного отношения к Западу и явимся естественно оригинальными и народными, не по известным только условным признакам, но в самом широком, духовном смысле; будем народными, даже не толкуя о народности и без страха погрешить против народности.
Народный организм живет все-таки своею органическою, а не иною жизнью, и ход истории не останавливается, и историческая идея, лежащая в основании народной судьбы, даже и в немощи, в глупости правителей совершается. Хотя я допускаю все-таки возможность грехопадения и для целых наций, и, во всяком случае, возможность для глупости правителей затруднить, задержать, если даже и не остановить ход истории. Впрочем, нам, в нашем положении, многое не видно.
(Письмо И. С. Аксакова к Е. А. Черкасской, 22 июня 1876)

Комментарий к посту "С чистого листа":

В письме отмечен начавшийся этап раскрепощения человека в России после "уничтожения легальной, юридической розни", отмены крепостного права. "Громадный общественный слой быстро преобразуется. Цивилизация, европеизм врывается могучими волнами, и Россия в скором времени изменит свой вид." Для новых людей старина не существует, исторического груза они не слышат. За прошедших 150 лет случилось еще три резких перехода от старого к новому – в 1917, 1991, 2022 годах. Каждый раз все старое отбрасывалось. Что могло с такими "расхламлениями" остаться от старины, или говоря современным языком, от "традиционных ценностей"? Набор нравственно-этических норм, не более. Все остальное надо искать и создавать заново, по осколкам собирать из разбитого и выброшенного за эти полтора столетия.

С рождения человек совершает два путешествия (или путешествие на двух разных уровнях). Первое – это неизбежное путешествие действия и опыта, когда он путешествует по течению своей собственной жизни и своей эпохи.
Второе путешествие – духовное, которого можно, по крайней мере, в определенном смысле, избежать, происходит вверх по течению, используя время и местность только в качестве отправных точек, и ведет за пределы своей зоны.
В нормальном обществе обстоятельства первого путешествия служат опорой для второго, и целью человека в прошлом было создание и поддержание физической и социальной среды, в которой каждый элемент имел бы двойственный характер, существовал бы как «вещь» с точки зрения первого путешествия, и стоял как символ и указатель с точки зрения второго.
(Гай Итон, Хозяин замка, Кто мы и где мы)

Стирали то, что было нарисовано и рисовали заново, потом опять стирали и рисовали, опять и опять – и так четыре раза только за последние 150 лет. Пять разных политически и экономически обществ со своими совершенно различными установками, стремлениями, средствами и целями. От 1-го, перед реформой 1861 года, – до 5-го, разрыва отношений с Западом после февраля 2022. Что толку спорить о том, какое из прошлых четырех было лучше, а какое хуже – их уже нет и не будет в прежнем виде. Есть пятое и его надо строить, создавать его ноокомплекс, устойчивую взаимосвязь элементов. Плюс в том, что все барьеры сломали, строй с нуля. Но в этом же и минус – неумелому художнику трудно рисовать без примеров и подсказок. У Гая Итона есть аллегория с паромом и лодочками. Устоявшееся общество – это паром. В нем существуют определенные правила, они могут казаться лишними и скучными, но паром держит выбранный курс. В порыве к свободе от парома отплывают лодочки одна за другой, пока все не сбегут. Паром прекращает движение, а лодочки сносит течение, хотя формально они свободы. В наше время и в нашей стране самый важный вопрос сейчас: восстановить, или построить заново, ковчег спасения. Возвращаясь к сухопутной аллегории: среду для второго путешествия. А такую среду (или такой паром) способны создать только люди с философским мышлением, буквально по Платону, руководители-философы. Их много не требуется, да и не может быть много – это редкая птица. Но их надо найти и приставить к делу. Иначе выстроится очередная недолговечная времянка. Возможно, последняя в этом цикле Кали-Юги.