Птенцы гнезда Петрова

Продолжаем исторические этюды.

В прошлом посте в связи с вышедшими в 2025 году историческими сериалами, транслируемыми по центральным каналам в прайм-тайм на всю страну, возник вопрос о принятой ныне трактовке истории. Говорилось, что представление истории России и сейчас, в наше время, страдает односторонней европоцентричностью. Всё европейское представляется прекрасным и развитым, все русское – диким и отсталым.
Упоминался историк А.В. Сиренов – член-корреспондент РАН, директор Санкт-Петербургского института истории РАН. А.В. Сиренов выступал спикером и, видимо, консультантом по эпохе Петра Первого в фильме "Неизвестный Петр. О чем молчат музейные стены" (2022). В том же 2022 году он подписал "Открытое письмо российских ученых и научных журналистов против войны с Украиной".
Таким образом, наметилась некая связь между европоцентричным взглядом на, казалось бы, далекие 17-18 века и отношением к современным событиям. Возник естественный вопрос: имеют ли какую-то ценность работы историка, который подписывает письмо с текстом: "Для этой войны нет никаких разумных оправданий. Совершенно очевидно, что Украина не представляет угрозы для безопасности нашей страны. Война против неё несправедлива и откровенно бессмысленна." Совершенно же очевидно, что он плохой историк, если не понимает необходимости защиты Россией своего ближнего пограничья. Может быть, это случайное совпадение европоцентричного подхода к истории России 17-19-х веков с поразительным ослеплением при взгляде на дела сегодняшние?
Но вот еще подобный пример. В другом документальном фильме: "Пётр I: Последний царь и первый император" (тоже 2022) – одним из спикеров является Александр Каменский. (Фильм, кстати, показан 15 ноября 2025 года на Первом канале, суббота, вечер, прайм-тайм.) Недолгая справка показывает: Каменский, Александр Борисович – историк, доктор исторических наук, профессор, специалист по истории России XVIII века, занимал в 2010—2015 годах должность декана факультета истории ВШУ. После создания на базе факультета Школы исторических наук, в 2015–2023 годах был руководителем Школы, а с 2023 года является её научным руководителем. То есть тоже вполне заслуженный и маститый ученый. Тоже, конечно, европоцентрист. И, надо же, тоже подписант письма против "развязанной" войны с Украиной. Всё-таки, видимо, есть какая связь слепоты на современные события историков – специалистов по истории России XVIII века – с их "объективным научным" подходом к эпохе Петра Первого.

Собственно, объяснений два. Одно материалистическое – такой поход с принижением России и превозношением Западной Европы лучше оплачивается. Второе идеологическое – европоцентричный шаблон возник практически в одно время с петровскими преобразованиями и поддерживался уже более трёхсот лет совместными усилиями петербургской (а затем и московской, в том числе советской и пост-советской) чиновничьей бюрократии и либерального лагеря в самом широком понимании и бюрократии, и либералов. Об идеологии сказано И.С. Аксаковым полтора столетия назад. С тех пор его слова не утратили актуальности, наоборот, история подтвердила их правильность, они, как никакие другие концепции и взгляды, прошли проверку временем. Применительно к нынешним европоцентристам (или америкоцентристам) разговор об идеологии интересен, но требует большего времени и объема. Вернемся к нему позже.
А вот материальный аспект прост и понятен. Берем, например, книгу А. Каменского "Российская империя в XVIII веке: традиции и модернизация" и читаем в предисловии:

Летом 1992 года мне стало известно, что профессор университета штата Северная Каролина в городе Чепел Хилл (США) Дональд Рейли, являющийся редактором серии книг «Новая русская история» издательства «М.И. Шарп», намеревается предложить мне написать книгу о России XVIII века. Замысел при этом был таков, чтобы, с одной стороны, книга содержала все основные факты российской истории этого времени и, таким образом, могла быть использована американскими студентами в учебных целях, а с другой – носила монографический характер, то есть была основана на определенной целостной концепции. Впрочем, быстрого ответа от меня не требовали. Более того, издательство собиралось заключить договор, лишь когда книга уже будет написана и оно удостоверится в ее качестве.
Работа над книгой началась той же весной 1993 года в Стэнфордском университете, где я читал курс лекций американским аспирантам, специализирующимся по русской истории.

Вот и материальное объяснение тенденциозности наших историков. Лекции и издания книг оплачиваются на Западе лучше, чем в России. Свою лепту вносят приглашения на конференции, публикации в научных журналах и прочие блага.
Кстати, давно интересен вопрос из другой сферы деятельности, но в похожем аспекте: наши профессионалы аэро-космической отрасли (в том числе безусловно уважаемый Алексей Архипович Леонов), подтверждая успешность миссий "Аполлонов" 11-17, не могли поддаваться влиянию (может неосознанно) того же фактора? Понятно же, что слово сомнения сразу отрезало бы сказавшему поездки на западные лекции, конференции, приглашения в НАСА и прочие немаленькие преференции.