Рождественское. 4.

Проповедь Четвертая

Смотрите, какую великую любовь даровал нам Отец, что мы именуемся и являемся детьми Божьими.
Смотрите, какую любовь дал нам Отец, чтобы нам называться и быть детьми Божиими. (1 Иоанна 3:1)

Вы должны знать, что это в действительности одно и то же — знать Бога и быть познанным Богом, видеть Бога и быть видимым Богом. В познании и видении Бога мы познаём и видим, что Он делает нас познающими и видящими. И подобно тому, как светящийся воздух неотделим от самого факта освещения, ибо он освещает, потому что он светящийся, так и мы познаём, будучи познанными, и потому что Он делает нас познающими. Поэтому Христос сказал: «Я увижу вас опять» (Иоанн 16:22). То есть, когда Я вижу вас, вы познаёте Меня – и наоборот, вы познаёте Меня и Я вижу вас; и далее следует: «Сердце ваше возрадуется» — то есть в Моем видении вас и вашем познании Меня, — «и никто не отнимет у вас радости вашей» (Иоанн 16:22).
Святой Иоанн говорит: «Смотрите, какую великую любовь явил нам Отец, что мы призваны и являемся детьми Божьими» (we are called and are the children of God ) (1 Иоанна 3:1). Он говорит не только «призваны», но «являемся» (we are). Так же как человек не может быть мудрым без мудрости, так он не может быть сыном без сыновней природы Божьего Сына, без того, чтобы иметь то же бытие, какое имеет Сын Божий. И если вы — Сын Бога (if you are the Son of God), вы можете быть таковым только имея то же бытие Бога, какое имеет Сын. Но это «теперь сокрыто от нас»; и после этого написано: «Возлюбленные, мы — дети Бога». И что мы знаем? — То, что он добавляет: «и будем подобны Ему» (we shall be like him) (1 Иоанна 3:2), то есть такими же, как Он: то же бытие, то же переживание и понимание — всё, чем Он является, когда мы видим Его как Бога. Поэтому я говорю: Бог не мог бы сделать меня Сыном Божьим, если бы я не имел природы Божьего Сына, подобно тому как Бог не мог бы сделать меня мудрым, если бы я не имел мудрости. Как мы являемся Божьими сынами? Мы ещё не знаем: «это ещё не открылось» нам; всё, что мы знаем, — это то, что он говорит, что мы будем подобны Ему. Есть определённые вещи, которые скрывают это знание в наших душах и скрывают его от нас.
В душе есть нечто, искра интеллекта (spark of intellect, см. замечание об интеллекте и словах с этим корнем в предыдущей проповеди), которая никогда не умирает; и в этой искре, как на вершине ума, мы помещаем «образ» души. Но есть также в наших душах познание, направленное на внешнее, чувственное и рациональное восприятие, которое действует в образах и словах, затемняя это от нас. Как же мы являемся Божьими сынами? Через участие в одной природе с Ним. Но чтобы осознать себя Божьим Сыном, нам нужно различать внешнее и внутреннее понимание. Внутреннее понимание — это то, что основано интеллектуально (intellectually) в природе нашей души. Но это не сущность души (the soul's essence), а скорее укоренено там (в сущности души) и является чем-то из жизни души (как бы прорастает в душу оттуда). Говоря, что понимание — это жизнь души, мы имеем в виду её интеллектуальную жизнь (intellectual life), и это та жизнь, в которой человек рождается как Божий сын и к вечной жизни. Это понимание вне времени, без места — без «здесь» и «сейчас». В этой жизни всё едино и всё обще: всё есть всё во всём и всё в одном (all things are all in all and all in one).
Я приведу вам пример. В теле все члены объединены и едины, так что глаз принадлежит ноге, а нога — глазу. Если бы нога могла говорить, она сказала бы, что глаз, находящийся в голове, более свой ей, чем если бы он был в ноге, и глаз сказал бы то же самое соответственно о ноге. И так я думаю, что вся благодать, которая есть в Марии, более истинно принадлежит ангелу и более в нём — то, что есть в Марии! — чем если бы она была в нём или в святых. Ибо что бы ни имела Мария, имеет и святой: благодать в Марии более его, и он наслаждается ею более, чем если бы она была в нём.
Но это толкование слишком грубо и материально, ибо оно зависит от телесных образов. Поэтому я дам вам другой смысл, более тонкий и духовный. Я говорю, что в небесном царстве всё во всём, и всё едино, и всё наше. Благодать нашей Госпожи существует во мне (если я там), не как исходящая и вытекающая из Марии, но скорее как во мне и как моя собственная, и не чужеродная. И поэтому я говорю, что то, что имеет один, имеет и другой, но не от другого и не в другом, а в себе самом, так что благодать, которая есть в одном, полностью присутствует и в другом как его собственная благодать. Таким образом, дух пребывает в духе. Вот почему я говорю, что я не могу быть сыном Божьим, если у меня нет той же природы, что и у Сына Божьего; и обладание этой природой делает нас подобными ему, и мы видим его и видим, что он — Бог. "Но еще не открыто, кем мы будем". И поэтому я говорю, что в этом смысле нет ни сходства, ни различия, но, скорее, совершенно без различия, мы будем такими же по сути, по содержанию и по природе, как он сам в себе. Но это «ещё не открыто»: это откроется, «когда мы увидим Его как Бога».
Бог делает нас познающими Его (и соответственно познаваемыми Им), и Его бытие есть Его познание (взаимное: Им – нас и нами – Его). Его действие, делающее меня познающим, есть то же самое, что и моё познание; так что Его познание есть моё, как в учителе то, чему он учит, есть то же самое, что и в ученике то, чему он учится. И поскольку Его познание есть моё, и поскольку Его субстанция есть Его познание, Его природа и Его сущность (His substance is His knowing and His nature and His essence), следует, что Его сущность, Его субстанция и Его природа есть моя. И если Его субстанция, Его бытие и Его природа есть моя, тогда я — Сын Бога. «Смотрите, братья, какую любовь даровал нам Бог, что мы должны быть названы и должны быть Сыном Божиим!»
Обратите внимание, как мы являемся Сыном Божиим — имея ту же сущность, что и Сын.
«Как можно быть Сыном Божиим, или как можно это знать, если Бог не подобен никому (God is not like anybody)?»
Это правда, ибо Исаия говорит: «С кем сравнил бы ты Его или какое изображение дашь Ему?» (Ис. 40:18). Поскольку природа Бога — не быть подобным никому, мы должны прийти к состоянию быть ничем (to the state of being nothing), чтобы войти в ту же природу, что и Он. Итак, когда я способен утвердить себя в Ничто и Ничто в себе (to establish myself in Nothing and Nothing in myself), искореняя и изгоняя то, что во мне, тогда я могу перейти в обнажённое бытие Бога (naked being of God), которое есть обнажённое бытие духа. Всё, что имеет отношение к подобию, должно быть изгнано, чтобы я мог быть пересажен (трансплантирован) в Бога и стать единым с Ним: одна субстанция, одно бытие, одна природа — Сын Бога. Как только это происходит, нет ничего скрытого в Боге, что не было бы открыто, что не было бы моим. Тогда я буду мудрым и могущественным и всем тем, чем Он есть, и единым и одинаковым с Ним. Тогда Сион станет истинно видящим, и истинным Израилем, человеком, видящим Бога (God-seeing man), от которого не скрыто ничего в Божестве. Тогда человек направляется в Бога (Then man is directed into God).
Но чтобы ничего не было скрыто в Боге того что не было бы открыто мне, не должно появляться во мне никакого подобия (nothing like), никакого образа, ибо никакой образ не может открыть нам Божество или Его сущность. Если какой-либо образ или какое-либо подобие останется в вас, вы никогда не станете едины с Богом. Чтобы быть единым с Богом, в вас не должно быть ничего воображаемого или представленного, так что ничего не будет внутри вас, что не было бы обнаружено или изгнано.

---

(Экхарта некоторые обвиняли в том, что он называл весь мир «ничто». На самом деле, он говорил так: «Все творения сами по себе не имеют бытия, ведь их бытие обусловлено присутствием Бога. Что не имеет бытия, то и есть ничто. Что без Бога, то и ничто.»)

---

Обратите внимание на природу недостатка (дефекта). Он происходит из ничто. Итак, то, что происходит из ничто, должно быть изгнано из души: пока в вас есть такой недостаток, вы не Сын Божий. Человек скорбит и печалится единственно из-за этого недостатка (этой дефективности). И поэтому, чтобы человек стал Сыном Божиим, всё это должно быть изгнано и выгнано, чтобы не было более скорби и сетований. Человек — не камень или дерево, ибо те сплошной недостаток и ничто. Мы не будем подобны Ему, пока это ничто не будет изгнано, чтобы мы были всем во всём, как Бог есть всем во всём.
У человека есть двойное рождение: одно — в мир, и одно — из мира, которое есть духовное и в Бога. Хотите знать, рождён ли ваш ребёнок, и совершенен ли он — стали ли вы фактически Сыном Божиим? Если ваше сердце скорбит о чём-либо, даже из-за греха, ваш ребёнок ещё не рождён. Если ваше сердце болит, вы ещё не мать — но вы в родах (роженица), и ваше время близко. Поэтому не отчаивайтесь, если вы скорбите о себе или о своём друге — хотя ребёнок ещё не рождён, он близок к рождению. Но ребёнок полностью рождён тогда, когда сердце человека не скорбит ни о чём: тогда человек имеет сущность, природу, субстанцию, мудрость, радость и всё то, что имеет Бог. Тогда само бытие Сына Божия есть наше и в нас, и мы достигаем самой сущности Бога.
Христос сказал: «Кто хочет идти за Мною, отвергнись себя и возьми крест свой и следуй за Мною» (Мф. 16:24, Мк. 8:34). То есть изгони всякую скорбь, чтобы в твоём сердце царила вечная радость. Тогда ребёнок родился. И тогда, если ребёнок рождён во мне, вид моих отца и всех моих друзей, убитых перед моими глазами, не тронет моего сердца (would leave my heart untouched). Ибо если моё сердце было бы тронуто этим, то ребёнок ещё не родился во мне, хотя его рождение могло быть близким. Я утверждаю, что Бог и ангелы находят такое острое наслаждение в каждом добром деле человека, что нет радости подобной ей. Итак я говорю: если этот ребёнок родился в вас, тогда вы имеете такую великую радость в каждом добром деле, которое совершается в мире, что эта радость становится постоянной и никогда не меняется. Поэтому Он говорит: «Ничто не лишит вас вашей радости» (Иоанн 16:22). Если я полностью перенесён в божественную сущность, тогда Бог и всё, что Он имеет, — моё. Поэтому Он говорит: «Я Господь Бог твой» (Исход 20:2). То есть когда у меня истинная радость, тогда ни боль, ни печаль не могут отнять её у меня, ибо тогда я утверждён в божественной сущности, где печали нет места. Ибо мы видим, что в Боге нет ни гнева, ни печали, но только любовь и радость. Хотя Он иногда кажется гневным с грешниками, это не настоящий гнев, это любовь, ибо она исходит от великой божественной любви: тех, кого Он любит, Он наказывает, ибо Он есть любовь, которая есть Святой Дух. Божий гнев происходит от любви, ибо Его гнев бесстрастен. Итак, когда вы достигаете точки, где ничто не тягостно и не трудно для вас, и где боль не есть боль для вас, когда всё есть совершенная радость для вас, тогда ваш ребёнок воистину рождён.
Стремитесь же к тому, чтобы ваш ребёнок не только рождался, но был рождён, подобно тому как в Боге Сын всегда рождается и рождён. И чтобы это было нашей участью, да поможет нам Бог. Аминь.