Перевод диалога «Теэтет»

Закончен перевод первой книги трилогии о знании.

Трилогия состоит из диалогов Теэтет, Софист, Парменид.
В начале задумывался как перевод с английского классического труда Бенджамина Джоуэтта (1871). Но что-то пошло не по плану, оставались неясные места и невнятные фразы. Пришлось обратиться к древнегреческому оригиналу. Благодарность предшественникам-переводчикам: В. Н. Карпову, В. К. Серёжникову, А. Ф. Лосеву, Т. В. Васильевой, А. Н. Егунову. Надо ли благодарить AI? Почему бы и нет. Спасибо, нейросети от Яндекса и Сбера ускорили и облегчили процесс.
Автор выражает скромную уверенность, что данный перевод является лучшим русским переводом «Теэтета» (Θεατητος). Странно, если бы это было не так, при таких высококлассных предшественниках и таком сильном AI. Свежесть переводу придают ссылки на современные подходы к восприятию и познанию. Можно упомянуть в этой связи курсы предмета «Психология восприятия»: «Эрнст Гомбрих, Искусство и иллюзия», «Джером Брунер, О знании: эссе для левой руки», «Ричард Грегори, Глаза и мозг», «Ричард Маслэнд, Как мы видим».
А в курсе «Материалы к предмету "Психология восприятия"» приведена небольшая работа Эрнста Роберта Курциуса 1932 года с призывом обращения к античности как источнику силы для выживания и подъема в мире сгущающейся тьмы. Прошло почти сто лет, и этот призыв опять встал в повестку дня.
В самом деле, если этот мир что-то может ещё спасти, то это только возвращение в состояние духа Европы примерно конца XIV – начала XV века с техникой и наукой сегодняшнего дня. Нужен человизм (термин вместо ставшего ругательным словом гумманизма), мирно уживающийся со средневековой верой. Упрощенно говоря, дух Ньютона в симфонии с духом Майстера Экхарта.
Возможно, в России это сделать легче, чем где бы то ни было. Нас не так далеко, как "передовые" страны завел сциентизм и всякого рода трансгуманисты, и в нас осталось больше средневековой (в хорошем смысле) веры.
Перечтение Платона – первый шаг в сторону этого нового человизма. На самом деле, не перечтение, а просто чтение, потому что Россия Платона не читала. Для России Платон как бы и не существовал. Чтобы Россия прочитала Платона, и чтобы он забурлил в её крови, его надо заново перевести. Не только Платона, конечно.