Спор о главном

Рассказ индуистского буддиста о беседе с европейским рационалистом:

Смит продолжает мне нравиться, но все больше озадачивает. Наш сегодняшний вечерний разговор перед тем, как разойтись по комнатам, шел о греках и их взгляде на жизнь. Тему затронул Смит, проявивший высокую оценку всего грациозного и разумного в этой недолговечной цивилизации. «Греки, — сказал он, — открыли первыми среди людей трудное искусство наслаждаться лучшими вещами жизни. Кажется, они были лишены страха и чувства вины. В сегодняшней Европе чувство вины, осознанное или лишь наполовину осознанное, тяготеет практически над каждым. Что еще дало иезуитам их власть? Однако, — продолжал он, — мрачная религия Игнатия Лойолы определенно не возобладает. Она принципиально чужда духу Европы».
— В Индии, — ответил я, — Природа суровее и страшнее, чем в Греции. Наши первобытные предки были анимистами, как и греки. Они обожествляли силы природы; вы найдете их в нашей Ригведе; но эти боги внушают трепет; они не низведены до человеческого роста. Нашему народу всегда было свойственно меньше счастья, чем мальчуганам-грекам. Но несчастливое детство в некоторых отношениях выгодно. Оно учит взрослеть. Наш народ был вынужден смотреть вверх, в безмерности, и вниз, в глубины, которые грекам удавалось игнорировать.
При этих моих словах Смит, помню, беспокойно заерзал на месте. — Я не думаю, чтобы страх когда-либо приносил добрые плоды, — возразил он. — Я рассматриваю прогресс человеческой расы как постепенное освобождение от ужасов — зачастую воображаемых. Слишком часто религия была носителем суеверия, причиной нетерпимости и предлогом для дьявольских жестокостей. Но благодаря своей религии грек стал добропорядочным гражданином и разумным человеком. Она научила его наслаждаться лучшими вещами в жизни и сделала его дома в этом мире.
— Она заставила его почувствовать себя дома на земле, — ответил я, — ценой пренебрежения универсума. Разве вы не согласитесь со мной, что, спасаясь от страха, греки оставили позади нечто чрезвычайно ценное для человеческого духа? Нечто, что ведет дух вперед, выходя за пределы эстетизма и интеллектуализма к истинной зрелости.
— Полагаю, я не вполне вас понимаю, — сказал Смит, холодно глядя на меня сквозь очки.
— Что ж, позвольте напомнить вам, что один из ваших собственных философов сказал: «Всё знание начинается и заканчивается удивлением; но удивление, порожденное невежеством, должно быть заменено удивлением, которое порождает благоговение». У греков была живая интеллектуальная любознательность, но мало способности к удивлению или благоговению.
— Если вы имеете в виду, что греки избегали метафизики, — ответил Смит, — то я определенно согласен с вами, но, по моему разумению, поступая так, они проявили мудрость. Грандиозные абстракции, которыми наслаждается индийский ум, не находили у них отклика. И все же вряд ли можно упрекнуть их в поверхностности! Если вы не можете оценить их мастерство в искусстве жить, обратите внимание на их философию и искусство!
(Тетралогия Леопольда Х. Майерса "Близкое и Далекое", часть 3 "Раджа Амар")

Удивительное произведение! Вот уж действительно "книга затронула каждый аспект, прозвучала на каждой глубине человеческого опыта".
Перевод первых двух частей опубликован ранее, пост Близкое и Далекое (1929-1940), Леопольд Х. Майерс.
Вот вторая половина тетралогии (не окончательный вариант перевода).

Корень и Цветок: часть 3, Раджа Амар; часть 4, Пруд Вишну.

Download file