В январском номере журнала «Знание-Сила» за 1988 год была даже опубликована научно-популярная статья А. Ефимова «Элитные группы, их возникновение и эволюция». После чего – глухое молчание.
В жизни рекомендатель - это чаще всего руководитель, видящий в претенденте либо преемника, либо будущего сотрудника. Тут, кроме таких факторов, как личная симпатия, преданность и т.д., к действию которых мы еще вернемся, важен и диапазон чисто профессиональных свойств, из которого рекомендатель готов избрать претендента. И часто этот диапазон можно определить как "не хуже, но и не намного лучше", а еще вернее "пусть и чуть хуже, лишь бы не намного лучше". В модели с таким правилом приема в элитную группу группа деградирует неудержимо.
Дело, однако, не вполне безнадежно: в социальной сфере существуют и элитные группы с положительной обратной связью - мы знаем по поведению модели, что их свойства должны улучшаться. Такие примеры можно найти в спорте. Из сборной команды всегда первыми выбывают худшие. В видах спорта с фиксируемым результатом существует зачетный показатель - эталон; в единоборствах и играх показатель носит иную, ранговую природу. При этом отсев (точнее, неотсев) практически никогда не связан с привходящими обстоятельствами - родством, преданностью тренеру или председателю федерации: Г.Каспаров - член ЦК ВЛКСМ потому, что он чемпион, а не наоборот.
Представим себе, что, имея группу из заданного числа элементов, мы желаем придать ей элитные свойства. При этом мы вправе на каждом шаге жизни модели исключить из группы несколько определенных элементов и заменить их тем же числом наугад взятых из исходной совокупности. Назовем эту операцию "прополкой". Важно, что для осуществления прополки нет надобности знать значение полезного параметра элемента, можно обойтись его рангом, то есть местом, которое он занимает в упорядоченном по полезности списке группы. По этому принципу поддерживается состав футбольных лиг: в каждом сезоне несколько команд покидают лигу, переходя в следующую (лучшие) или в предыдущую (худшие), а им на смену приходят претенденты из предыдущей лиги. Сезон же, с точки зрения экспериментатора, - это шаг модельного времени, нужного для того, чтобы ранжировать команды по силе игры.
Оказывается, прополка тем эффективнее, чем меньше элементов удаляется на каждом шаге, и чем ниже их ранг: изгнать одного наихудшего оказывается выгоднее, нежели вместе с ним всю нижнюю половину списка.
Описанная модель в чистом виде встречается, повторим, в спорте, но, рассуждая чисто теоретически, должна служить основой кадровой политики в любой организации, да и в Административной Системе в целом. "Изгнать того, кто хуже работает" - казалось бы, что может быть более естественным для руководителя! Но это лишь "казалось бы". Не всегда это удавалось даже в химически чистом случае - помещику-крепостнику в своем собственном хозяйстве. Рисуя в эпилоге "Войны и мира" Николая Ростова как идеального хозяина, Толстой не обошел и кадрового вопроса: "Семьи крестьян он поддерживал в самых больших размерах, не позволяя делиться. Ленивых, развратных и слабых он одинаково преследовал и старался изгонять из общества". Вспомним при этом, кто и как мешал ему осуществлять его кадровую политику: "Еще менее могла она (графиня Марья.- А.Е.) понять, почему он... приходил почти в отчаяние, когда она передавала ему просьбы каких-нибудь баб или мужиков, обращавшихся к ней, чтобы освободить их от работ, почему он, добрый Nicolas, упорно отказывал ей, сердито прося ее не вмешиваться не в свое дело".
"Полезный параметр" работника в жизни в отличие от модели оказывается не единственным фактором, определяющим его место в группе. Трудности с увольнением плохого работника стали у нас притчей во языцех. Общеизвестен также отлично отлаженный защитный механизм, пересаживающий провалившегося руководителя из одного кресла в другое. Мы видели - группа может оставаться элитной, если выбывание лучших компенсируется прополкой худших. Последнее условие обязательно. Когда во главе коллектива появляется руководитель, деловые качества, авторитет и связи "наверху" которого достаточны для независимости в кадровых вопросах, - руководитель класса А.Ф.Иоффе, А.Н.Туполева, С.П.Королева и т. п., - мы видим расцвет блестящих коллективов, решающих задачи, определяющие судьбу страны. (Это группы, нацеленные на достижение результата - GV)
Способность сопротивляться прополке может быть подорвана и обстоятельствами. Во время войны, хотя и в трагических обстоятельствах, происходил естественный процесс отсева худших, и вот к концу войны страна имела молодых талантливых маршалов, министров, директоров. Как только обстоятельства меняются, угроза Отечеству исчезает, главным "полезным параметром" вновь становится личная преданность - элита "пропалывается наоборот". (Когда цель расплывается, а процесс худо-бедно идёт с любыми исполнителями, тогда то на этом болоте и цветёт застой, а из исполнителей самыми ценными становятся те, которые могут делать красивые картинки, симулякры - GV)
Анализ двух различных моделей демонстрирует, что главным условием, обеспечивающим высокую эффективность элитных групп, является создание механизма, успешно удаляющего из группы худшие элементы. С некоторыми оговорками можно сказать, что один из таких механизмов сейчас проходит "обкатку" - я имею в виду право, предоставленное бригадам, подразделениям и организациям самим регулировать свою численность и состав, отказываясь от ненужных или плохих работников. Если подобная прополка будет производиться по "правильному" параметру полезности, успех не заставит себя ждать.
Любопытно отметить, что некоторые социальные организмы, для обеспечения независимости их действия, снабжены защитой против прополок, - например, пожизненное членство, особенно распространенное в академиях, судебных органахнекоторых стран, церковной иерархии. Кстати, такая защита от вмешательства в эти организмы извне потребовала еще одной защитной надстройки - теперь уже от деградировавшего рекомендателя: при избрании папы Римского, например, кардиналы старше восьмидесяти лет в голосовании не участвуют.
Обращаясь к социальным аналогиям, и сознавая, конечно, всю их нестрогость, заметим, что модель "делегирование" близка к системе парламентского представительства, включая и существующую в ряде стран традицию обязательной сменяемости парламентариев.
Принцип, согласно которому в группу с функциями носителя власти попадают лица, одобренные теми, кем они собираются управлять, а не собственными соправителями, кроме эффективности, несет и социальную справедливость. (избрание Хомякова крепостными -GV)
Элитными группами, в которых, как мне кажется, замена принципа пополнения рядов "претендент - рекомендатель" на "делегирование" привела бы к резкому повышению их эффективности, являются, например, академии. Членство в них, как известно, пожизненно. Поскольку новые члены принимаются путем сравнивания с уже входящими в ареопаг (голосование на общем собрании), от них не требуется очень уж многого. Такая система приема являлась бесспорной, когда главные научные силы общества были сосредоточены именно в академии, и вне ее никто просто не мог оценить претендента. Сейчас положение в корне иное. Вне академий находится подавляющее большинство активно действующих докторов наук всех специальностей - медиков, педагогов, архитекторов, художников. Конкурсы (делегирующие цепочки) могли бы выявить "делегатов в академики". Обладая, наверное, своими недостатками, эта система, по крайней мере, не допустила бы общественного скандала, связанного с неизбранием Г.А.Илизарова в Академию медицинских наук!
Элитная группа - клика или коалиция?
В математической теории игр есть понятие "клика". Это группа участников игры с общими интересами, чьи связи между собой явно не заданы. Этим "клика" отличается от "коалиции" - группы с ясно видными, формально определенными связями. Становясь на зыбкую почву аналогий, можно сказать, что семейная бригада - "коалиция", а группа подхалимов вокруг разомлевшего от лести начальника - "клика".
При отделении группы элементов от генеральной совокупности в ней всегда будут возникать зависимости. Глубина и степень их во многом определяется тем, какая именно процедура формирует и поддерживает элиту. Вновь обратимся к Номенклатуре Административной Системы с ее механизмом "претендент - рекомендатель", но теперь примем во внимание еще один аспект их взаимоотношений - личный. Вот в романе А.Бека идет выдвижение на пост министра. Рекомендатель - уходящий на повышение Онисимов. "Онисимов выбрал Цихоню, он был способным. Но не только. Он был самым покладистым, самым послушным среди способных. Поэтому первый же цикл кадровых перемен в Системе учитывает не только дело, но и личную исполнительность, преданность, покладистость. Впрочем, ведь и самого Онисимова Сталин спас от репрессий и назначил наркомом именно с учетом личной преданности. Личная исполнительность в Административной Системе сращивается с личной преданностью неразрывно" (Г.Попов). Следующий шаг, как мы знаем, ухудшит группу и удлинит, как мы видим, цепочку неформальных связей в ней.
Подчеркнем: неформальных. Формальными связями Система, организованная как пирамида с Хозяином наверху, и так прошита густо и насквозь. Благодаря этим связям иерархически устроенное руководство должно выглядеть как коалиция, но в ней от шага к шагу идут два процесса - деградация деловых качеств и укрепление личной взаимозависимости, подчас размывающей формальные связи. В результате номенклатура, перестав быть элитой, может стать кликой. Я позволю себе высказать гипотезу: деградирующие элитные группы, заканчивая эволюцию, превращаются в весьма устойчивые клики. Устойчивость, как известно, вообще свойственна системам с отрицательной обратной связью. Проверить эту гипотезу предстоит социологам.
"Сильная" клика может беспокоить и носителя верховной власти. В романе А.Рыбакова точно замечено, что одной из целей репрессий тридцатых годов было именно разрушение связей между узловыми фигурами руководства, связей, нежелательных в любом их проявлении - от телефонной линии между секретарем горкома Ломинадзе и Орджоникидзе до дружеских чувств, связывающих Кирова с тем же Орджоникидзе. Ведь недаром идеалом, к которому должен приближаться работник, объявлен именно "винтик", а не, скажем, "узелок сети". Винтик, легко выкручиваемый и заменяемый. "Незаменимых нет!" Вот как мыслит по этому поводу Сталин в романе "Дети Арбата": "Аппарат имеет свойство коснеть, аппарат, сплоченный долгими, многолетними связями, вместо рычага становится тормозом, становится мумией", "...Эти старые кадры и наиболее сцементированы, наиболее взаимосвязаны, они со своего места так просто не уйдут, их придется убирать... значит, уничтожать". (так бывает, но это уже плохой выход, это говорит о том, что случай был очень запущенный - GV Был я весь — как запущенный сад, Был на женщин и зелие падкий. Разонравилось пить и плясать И терять свою жизнь без оглядки.)
Исторический парадокс: Сталин создал Систему как инструмент личной власти, а потом всю жизнь боролся с нею и боялся ее. Топор репрессий был, таким образом, направлен не на людей - на связи между ними. Люди уничтожались, так как при этом исчезали и беспокоившие Хозяина связи. Во время войны этот способ представился ему нерентабельным, и груз репрессий ослаб. Когда война закончилась, он обнаружил, что у гидры вновь отросли головы в самых, разных эшелонах власти, в том числе и в высшем.
Выход был найден блестящий: вместо вывода непозволительно усилившихся соратников из Политбюро на XIX съезде было упразднено... само Политбюро! Финала трагедии мы не увидели, так как вождь умер...
Вождь умер, но наследство его продолжало функционировать. Г.Попов пишет: "...не только Онисимов, но и Н. С. Хрущев и все мы думали, что, устранив из Административной Системы культ личности, мы уже решим все проблемы нашего будущего. Теперь, с позиций исторического опыта, мы видим, что это не так... Система устояла, она оказала стойкое сопротивление реформам. Она, будем иметь мужество признать это, победила и даже в чем-то укрепилась".
Заключение
Социальный опыт указывает несколько приемов против образования клик. Это в основном предельные сроки пребывания у власти выборных лиц, обязательное обновление выборных органов и т.п. А что обещает теория? Ну, во-первых, теорию такую еще неплохо было бы создать объединенными усилиями социологов, экономистов, юристов и математиков. Пока что есть лишь несколько простейших моделей. Их анализ показывает, что построение элитных групп, не подверженных деградации, в принципе возможно. Это - во-вторых, и это вселяет надежды.